По вопросам размещения на сайте, пожалуйста, звоните +7 495 150-08-68

Восточный подход 18 августа 2016 года

Юридическое сопровождение инвестиционных сделок с азиатскими партнерами во многом напоминает восточные единоборства. Подобное сравнение вполне уместно: если в случае переговоров с европейскими компаниями или крупными международными фондами обе стороны в первую очередь стремятся прийти к компромиссу, то в ходе обсуждения договора с восточными бизнесменами юристам нужно быть готовым к постоянным попыткам азиатского контрагента подчинить интересы фирмы-клиента своим собственным.

Инвесторы из стран Восточной и Юго-Восточной Азии, как правило, используют обсуждение условий сделки для поиска брешей в позиции потенциального партнера, стремясь обрести контроль над последним. 

Подобная логика действий объясняется не столько недобросовестностью, сколько спецификой культурной традиции: пропагандируемое конфуцианской философией почитание старших породило строго иерархическое общество, которому присуще повсеместное деление на вышестоящих и нижестоящих членов (дуализм «семпай-кохай» в Японии или «сонбе-хунбе» в Корее). В результате сама модель мышления азиатских предпринимателей стала достаточно невосприимчива к идее равноправного партнерства. Как следствие, специалистам в области права приходится прилагать заметные усилия для того, чтобы отслеживать попытки инвесторов взять под контроль компанию-клиента.

Отличительной чертой сопровождения сделок с азиатским бизнесом является также наличие лингвистического барьера. Проблема при этом заключается даже не в необходимости понимания тонкостей национальных языков. Любой юрист должен учитывать, что восточный партнер, ведущий диалог на английском, может вкладывать в используемое понятие иной смысл, нежели обитатель туманного Альбиона. Таким образом, для полноценного обеспечения интересов фирмы от правоведа требуется не просто знать язык Байрона и Шекспира: он должен владеть, условно, «корейским английским». Помимо того, необходимо обеспечить юридическую основу для ведения записи переговоров и заранее продумать возможность проведения ее независимой экспертизы переводчиками.

Важно обратить внимание и на то, что безупречное, с формальной точки зрения, исполнение юристом своих обязанностей не гарантирует благожелательного отношения партнеров. Необходимо также в малейших деталях следовать этикету: угол наклона головы, интонация или продолжительность рукопожатия могут самым серьезным образом сказаться на судьбе переговоров.

Отдельное внимание следует обратить на сложности работы с китайскими бизнесменами. Официальный Пекин провозглашает приоритет национального права над международным в случаях, когда возникает конфликт между соответствующими нормами. Кроме того, законодательство Китая само по себе ориентировано на защиту интересов компаний-резидентов в случае споров с зарубежными партнерами. Как результат, большинство исков, поданных иностранными компаниями в суды Поднебесной против китайских бизнес-структур, остается без удовлетворения.

От возникновения подобной ситуации существует одна страховка: сделка, с находящейся под юрисдикцией КНР фирмой, должна полностью соответствовать всем тонкостям нациоанального законодательства. Кроме того, особое внимание необходимо уделять правовому контролю перевода соглашения об инвестировании. В иноязычных версиях договоров должны отсутствовать расхождения с русскоязычной редакцией, лицензию, подписи и печати следует тщательно проверить. В случае, если юрист с недостаточным внимание отнесется к этим деталям, при возникновении спора между партнерами арбитражный суд в Китае может попросту отказать российской компании в рассмотрении дела.

Впрочем, необходимо отметить, что работа с азиатскими инвесторами подразумевает для юриста также ряд приятных моментов по сравнению с сопровождением сделок с европейскими или североамериканскими компаниями. Для большинства западных фирм норма прибыли колеблется в пределах от 5 до 7 %. Как результат, после того, как российская сторона озвучивает планируемый объем чистого дохода в пределах 16 – 25%, международный фонд или инвестор из Европы усматривает в этом вероятность высоких рисков.

В итоге правоведу приходится проделывать существенный объем дополнительной работы, подтверждая достоверность учредительной и финансовой документации компании-клиента (особенно много времени и сил отнимает обоснование отличий между бухгалтерской и управленческой отчетностью, характерных для большинства работающих в России фирм). Равным образом инвесторы из Азии, в отличие от западных коллег, не требуют дополнительных правовых гарантий при совершении сделок по вложению средств в бизнес, материальные активы которого распределяются одновременно между несколькими юридическими лицами (обычно подобные схемы используются отечественными предпринимателями для оптимизации налогообложения). 

Александр Базыкин, Управляющий партнер Heads Consulting

← к статьям